если ты не ученее меня!» – говорил он каждому из них. И задавал им вопросы относительно всех их богов. Вала ему отвечала:

Отец ратей выбрал для меня колец и цепочек,
Дал мне вещие слова и пророческие песни,
И я озирала все миры.
Я видела сокровенную судьбу Бальдра,
Я видела, как лежал в роще горячих ключей
Гигантский труп злого Локи.
Мудрая много знает. Я вижу вдали
Сумерки владык, последнюю битву;
Братья будут сражаться, станут убивать друг друга,
Родственники разорвут кровные связи,
Мир полон зла и великого распутства,
Век секир, век мечей, век щитов, сокрушенных,
Век бурь, век волков пред падением мира,
Никто не хочет пощадить другого.

– Ты так много видела, – сказал Вафтруднис Вале, – что можешь больше ничего никогда не видеть. Выколоть ей глаза каленым железом.
– Глаза души моей будут продолжать видеть судьбу людей! – воскликнула прорицательница.
– Чтобы она пустых слов не болтала, – сказал вождь иотов, – вырезать ей и язык. Так же поступить и с обоими жрецами.
Жестокая казнь была тотчас совершена над всеми тремя. Изувеченные они были отправлены под стражей иотов в городок. Лишенные возможности служить далее в храме Тора и оскорбленные надругательством иотского вождя, Вала, Ульфил и Стурлерих, тотчас по прибытии к своим в дом городского старшины закололись копьями.
Водан приказал устроить им торжественное погребение, а против Вафтрудниса послал более сильную рать и приказал его захватить живого в плен.
Вафтруднис был всенародно обезглавлен на площади