и сделал две подставки. Для этого он связал три деревянные рейки веревкой, несколько отступая от их верхних концов, и развел их так, чтобы треножники прочно стояли. На подставках он укрепил светильники. Углубив контуры, Тутмос начал выбивать при помощи долота фон, чтобы сделать изображенные фигуры рельефными.
Когда он в первый раз полностью обработал таким образом всю картину, ему показалось, что люди и звери на стене ожили. Невольно отступает он на шаг от стены, и его охватывает чувство глубокой радости. Конечно, Тутмос выполнял только вспомогательную работу. Но он уже успел полюбить изображенного на стене теленка, которого пастух переносит вброд на руках, полюбить и самого пастуха за его заботу о беспомощном животном. В это время к нему подошел Пути и сказал:
– Первый взгляд, который ты бросаешь на работу, пока ты еще не успел привыкнуть к своим ошибкам, дает наиболее правильное о ней представление.
– Ошибки? – испуганно спрашивает Тутмос.
– Да, ошибки. Здесь следы резца слишком грубы. А здесь слишком стерты линии. Вот тут я сам слишком сильно выгнул плечо, но я бы исправил это долотом.
Он берет инструмент из рук мальчика и кое-где подправляет рисунок.
«Когда же я смогу ему хоть раз угодить?» – думает Тутмос удрученно.
После того как старик поправил рисунок, Тутмос еще раз посмотрел на картину. И тут внезапно увидел другие слабые стороны, которые не заметил Иути. Мальчик начинает понимать, что самое трудное – это самому быть удовлетворенным своей работой.
Медленно работают